Товар успешно добавлен в корзину.

MarkiMira.ru - почтовые марки со всего мира!

info@markimira.ruКОНТАКТЫ
0товаров
Корзина0 товаров на сумму 0.00 руб
Жуков Г. К.
Гео́ргий Константи́нович Жу́ков (19 ноября (1 декабря) 1896 — 18 июня 1974) — советский военачальник, Маршал Советского Союза (с 1943), министр обороны СССР (1955—1957).

Многие считают Г. К. Жукова выдающимся[1][2], наиболее известным полководцем Великой Отечественной войны, с чьим именем связано большинство громких побед в войне[3]. Четырежды Герой Советского Союза, кавалер двух орденов «Победа», множества других советских и иностранных орденов и медалей.[4] В послевоенное время занимал пост Главкома сухопутных войск, командовал Одесским, затем Уральским военными округами. После смерти Сталина стал первым заместителем министра обороны СССР, а с 1955 по 1957 год — министром обороны СССР. В 1957 году исключён из состава ЦК партии, снят со всех постов в армии и в 1958 году отправлен в отставку.

Ранняя биография и Гражданская война

Георгий Константинович Жуков родился в деревне Стрелковка Калужской области в семье крестьянина Константина Артемьевича Жукова (1851—1921 гг.). После окончания трёх классов церковно-приходской школы (с похвальным листом) отдан в ученики в скорняжную мастерскую в Москве, одновременно закончил двухлетний курс городского училища (занимаясь по вечерам).

Призван в армию 7 августа 1915 года. После обучения на кавалерийского унтер-офицера в конце августа 1916 года попал на Юго-Западный фронт в 10-й Новгородский драгунский полк. За захват немецкого офицера награждён Георгиевским крестом 4-й степени. В октябре получил тяжёлую контузию, после которой, вследствие частичной потери слуха, направлен в запасной кавалерийский полк. За ранение в бою удостоился второго Георгиевского креста, на этот раз 3-й степени. После роспуска эскадрона в декабре 1917 года вернулся в Москву, затем в деревню к родителям, где долго болел тифом.

В Красной Армии с августа 1918 года. Вступил 1 марта 1919 года в члены РКП(б). В Гражданскую войну красноармеец Георгий Жуков сражался на Восточном, Западном и Южном фронтах против уральских казаков, под Царицыном, с войсками Деникина и Врангеля. В мае-июне 1919 года в составе 1-й Московской кавалерийской дивизии отправился на Урал, участвовал в боях с казаками в районе станции Шипово, в июне-августе того же года — в боях за Уральск, затем в боях в районе станции Владимировка и города Николаевска. В сентябре-октябре 1919 года участвует в боях под Царицыном, затем между Заплавным и Средней Ахтубой (рядом с нынешним г. Волжский), где был ранен осколками гранаты. После окончания Рязанских кавалерийских курсов осенью 1920 года назначен командиром взвода, затем эскадрона; в августе 1920 года принимал участие в боях с десантом Улагая под Екатеринодаром, в декабре 1920 — августе 1921 года участвует в подавлении крестьянского восстания на Тамбовщине («антоновщина»). Награждён в 1922 году орденом Красного Знамени за то, что:

    «В бою под селом Вязовая Почта Тамбовской губернии 5 марта 1921 г., несмотря на атаки противника силой 1500—2000 сабель, он с эскадроном в течение 7 часов сдерживал натиск врага и, перейдя затем в контратаку, после 6 рукопашных схваток разбил банду.»[5]

Период до Великой Отечественной войны

От комполка до комкора. 1923—1939

С конца мая 1923 года Жуков вступил в командование 39-м полком 7-й Самарской кавалерийской дивизии, в 1924 году направлен в Высшую кавалерийскую школу. В 1929 году окончил курсы высшего начальствующего состава РККА, с мая 1930 года командовал около года 2-й бригадой в 7-й Самарской кавдивизии, которую возглавлял тогда Рокоссовский, далее служил в Белорусском военном округе под командованием И. П. Уборевича. Затем был инспектором кавалерии РККА, командиром 4-й кавалерийской дивизии (1933—37 гг.), 3-го и 6-го кавалерийского корпуса, с июля 1938 года — заместителем командующего ЗапОВО. В период репрессий 1937—1938 гг. состоялось собрание парторганизации 6-го кавкорпуса, на котором разбирались заявления от некоторых политработников и командиров о «вражеских методах комкора Жукова в воспитании кадров». Однако партактив принял решение: «Ограничиться обсуждением вопроса и принять к сведению объяснение товарища Жукова Г. К.» С 5 июня 1939 года Жуков — командующий 1-й армейской группой советских войск в МНР.

Халхин-Гол. Командующий округом. 1939—1940

20—31 августа 1939 года провёл успешную операцию на окружение и разгромил группировку японских войск генерала Камацубары на реке Халхин-Гол. В боях на реке Халхин-Гол Г. К. Жуков впервые широко использовал танковые части для решения задачи окружения и уничтожения противника, опередив в этом германскую армию, которая начала применять такую тактику только с 1 сентября 1939 года. В ходе боёв на Халхин-Голе советские войска потеряли 23225 человек убитыми, ранеными и пропавшими без вести.[6] Японские потери оцениваются от 21 до 61 тыс. За эту операцию комкор Георгий Жуков удостоился звания Героя Советского Союза (28 августа 1939 г., Золотая Звезда № 435) и ордена Красного Знамени МНР. С июня 1940 года — командующий войсками КОВО. При аттестации командного состава РККА в соответствии с новой системой званий стал генералом армии. В этом качестве провёл большую работу по повышению боеспособности войск округа. 9 июня 1940 года Военные советы КОВО и ОдВО получили директивы наркома обороны ОУ/583 и ОУ/584, согласно которым была поставлена задача подготовить операцию по занятию Бессарабии. Для руководства операцией на базе управления КОВО было создано управление Южного фронта (командующий — генерал армии Г. К. Жуков, начальник штаба — генерал-лейтенант Н. Ф. Ватутин). Общая численность группировки составляла до 460 тыс. человек. 28 июня войска Южного фронта перешли старую границу. Поскольку румынская армия пыталась увезти с собой часть имущества и беженцев, Г. К. Жуков принял решение десантировать части 201-й и 204-й бригад на новой границе и выдвинуть им навстречу две танковые бригады. Десантники организовали импровизированные КПП и не дали румынским войскам реализовать их намерения. СССР получил территорию площадью 50 762 кв. км с населением 3 776 тыс. человек. 2 августа Верховный Совет СССР принял закон об образовании Молдавской ССР и включении в состав УССР Северной Буковины и трёх уездов Бессарабии на Черноморском побережье.

Командно-штабные игры. Начальник Генштаба. 1941

В январе 1941 года Жуков принял участие в двух штабных играх под общим названием «Наступательная операция фронта с прорывом УР»[7], в которых рассматривались действия крупной ударной группировки советских войск с государственной границы СССР в направлении (соответственно) Польша — Восточная Пруссия и Венгрия — Румыния.

В первой игре Жуков командовал «Западными», защищавшими территорию Восточной Пруссии и Польши. Северо-Западный фронт «Восточных» (Д. Павлов), выполняя задачу выйти к 3 сентября 1941 года на нижнее течение реки Висла, 1 августа перешёл в наступление. «Восточные» по условиям игры обладали 2-3-х кратным превосходством в силах. В первые дни его войска форсировали Неман, овладев сувалкинским выступом (окружив в нём крупную группировку «западных»), а на левом крыле прорвали фронт, возглавляемый Жуковым. В прорыв была введена конно-механизированная армия, которая к 13 августа вышла в район, расположенный в 110—120 километрах западнее Государственной границы СССР. В ответ Жуков сумел нанести контрудар, на чём посредники остановили игру[8].

Во второй игре Жуков командовал группировкой «Восточных», наступавших с территории Украины и Бессарабии. Игра началась уже на территории противника в 90-180 километрах западнее государственных границ Советского Союза. Содержание игры — наступательные действия Красной Армии в Германии, Чехословакии, Венгрии и Румынии на Юго-Западном направлении. Вторая игра завершилась принятием «Восточными» решения об ударе на Будапешт, прорыву к озеру Балатон и форсирования Дуная. По итогам этих командно-штабных игр Жуков был выдвинут Сталиным на пост начальника Генерального Штаба.[источник?]

Занимая в феврале—июле 1941 года пост начальника Генштаба и заместителя наркома обороны СССР, он принял участие в составлении «Соображений по плану стратегического развёртывания сил Советского Союза на случай войны с Германией и ее союзниками».[9] План датируется не позднее 15 мая 1941 года. В этом документе, в частности, говорилось:

    «Учитывая, что Германия в настоящее время держит свою армию отмобилизованной, с развёрнутыми тылами, она имеет возможность предупредить нас в развёртывании и нанести внезапный удар. Чтобы предотвратить это, считаю необходимым ни в коем случае не давать инициативы действий Германскому командованию, упредить противника в развёртывании и атаковать германскую армию в тот момент, когда она будет находиться в стадии развёртывания и не успеет ещё организовать фронт и взаимодействие родов войск»

Наркомом обороны Тимошенко и начальником Генштаба Жуковым содержание документа было доложено Сталину [10] (предположительно вечером 14 мая) и предложен удар советскими армиями через территорию южной Польши (с форсированием Вислы в среднем течении) на Катовице с дальнейшим поворотом либо на Берлин (если основная немецкая группировка отступит на Берлин), либо к Балтийскому морю, если основные немецкие силы не отойдут и постараются удерживать территорию Польши и Восточной Пруссии. Вспомогательный удар левым крылом Западного фронта предполагалось нанести в направлении Седлец, Демблин, с целью сковывания варшавской группировки и овладения Варшавой, а также содействия Юго-Западному фронту в разгроме люблинской группировки противника.

Современным историкам не известно, был ли план принят и впоследствии перенесён, либо не был принят. Документ не подписан, хотя места для подписей в нём обозначены.[11] Согласно версии Жукова в интервью 26 мая 1965 года, план не был одобрен Сталиным. Однако, Жуков не уточнил, какой план был принят к исполнению и действовал на момент 22 июня 1941 года. Никаких других советских планов ведения войны с Германией с подписями И. В. Сталина до этого момента не публиковалось.

В период 1930—1940-х гг. важнейшие утверждённые документы правительственного уровня в СССР не подписывались ни исполнителями, ни руководством[12][13], поэтому вполне возможно, что план всё же был принят. Это усиливает аргументы тех, кто считает «Соображения…» действующим военным планом СССР. Таким образом, генерал армии Жуков мог быть соавтором советского плана ведения войны с Германией (из имевшихся в 1941 году накануне нападения Гитлера на СССР). Если план и не был действующим (то есть не одобрен Сталиным), то следует отметить, что этот план боевых действий адекватно отвечал сложившейся в то время ситуации, хотя бы уже потому, что являлся единственным планом такого рода. Также заслуживает внимания тот факт, что практически все мероприятия, предусмотренные «Соображениями…» на момент 22 июня были уже выполнены или непосредственно выполнялись.

Период Великой Отечественной войны

В годы Великой Отечественной войны (1941—1945) был членом Ставки Главного командования (с 23 июня 1941 г.), Ставки Верховного Командования (с 10 июля 1941 г.) , Ставки Верховного Главнокомандования (с 8 августа 1941 г.), с 19 июля 1941 г. — первый заместитель наркома обороны СССР, с 26 августа 1942 г. — заместитель Верховного Главнокомандующего, командовал фронтами (псевдонимы: Константинов, Юрьев, Жаров): Резервным, Ленинградским, Западным (одновременно был главкомом Западного направления), 1-м Украинским, 1-м Белорусским.
[править] 1941 год
Жуков в октябре 1941. Фото из газеты «Красная звезда», опубликовано по личному указанию Сталина.

22 июня 1941 года, после нападения Германии, Жуков подготовил Директивы № 2 (отпр. в 07:15) и № 3 (отпр. в 23:50) Наркома обороны (подписи Тимошенко и Жукова), в которых содержались приказы к отражению атак немецкой армии (Директива № 2) и к решительному наступлению на немецкие войска (Директива № 3). Неготовые к наступлению вследствие разгрома 22 июня войска Западного, Северо-Западного, Юго-Западного, Южного фронтов не смогли выполнить поставленные в Директивах задачи. Наступление 23-28 июня превратилось в серию неудачных контрударов, которые не привели к ожидаемым результатам. Войска Юго-Западного фронта, где сам Жуков с 23 июня находился в качестве представителя Ставки ГК, не окружили наступающие группировки, как предполагалось, хотя и сумели серьёзно замедлить продвижение немецких войск. Войска Западного и Северо-Западного фронтов при попытке нанесения контрударов понесли серьёзные потери, а Западный фронт вскоре был разгромлен.

В конце июля после ряда тяжелых поражений на Западном и Юго-Западном направлениях 29 июля 1941 года Жуков был смещён с должности Начальника Генерального Штаба РККА и назначен командующим Резервным фронтом. С 31 июля в должности командующего Резервного фронта продолжал начатые в июле 1941 г. (в рамках Смоленского сражения) советскими войсками малоуспешные контрудары, а затем провёл силами 24-й армии наступательную Ельнинскую операцию (30 августа — 8 сентября). Планировалось, что войска Красной Армии срежут немецкое вклинивание в советский фронт, образовавшееся по итогам Смоленского сражения, и окружат 8 дивизий противника. Хотя в ночь с 6 на 7 сентября, в условиях проливных дождей, немцы и успели отвести войска из мешка, Ельнинская операция стала первой наступательной операцией РККА в ходе ВОВ, в которой советское наступление не закончилось поражением, и в которой она отбросила противника на значительное расстояние. Потери советских войск в Ельнинской операции составили 31 853 человека из 103 200 участвовавших (31 % убитыми и ранеными).[14]

Одновременно с командованием Резервным фронтом Жуков 19 августа 1941 года направил на имя Сталина телеграмму, в которой отметил, что немцы в ближайшее время могут повернуть свои силы с центрального направления на южное, с целью удара в тыл Юго-Западному фронту [15]. Немцы лишь 5—7 сентября 1941, то есть через две-три недели после телеграммы Жукова, сами пришли к такому решению.[16] С тем чтобы избежать разгрома ЮЗФ Жуков предлагал «как можно скорее собрать крепкую группировку в районе Глухов, Чернигов, Конотоп»[15].

Однако, существует другая точка зрения на это событие.[17] Во-первых, предположения Жукова носили лишь гипотетический характер и не могли приниматься Ставкой ВГК как безусловное руководство к действию. К тому же сам Жуков уже 26 августа делал прямо противоположные прогнозы относительно действий противника. Во-вторых, сбор таких крупных резервов был невозможен в сложившихся обстоятельствах. Таким образом, содержавшиеся в телеграмме сведения, даже если они и вскрывали в определенной степени замыслы врага, повлиять на развитие событий в полосе Юго-Западного фронта не могли.

После окончания Ельнинской операции приказом от 11 сентября был назначен командующим Ленинградским фронтом, имел задачу деблокировния города путем прорыва окружения совместно с 54-й армией, поставленную Ставкой ВГК, к обязанностям приступил с 14 сентября.[18] Руководство вермахта приняло решение задушить Ленинград блокадой, избегая штурма и сохраняя войска для центрального направления, однако немецкое командование Группы армий «Север» под впечатлением успехов в Прибалтике и под Псковом попыталось 9 сентября осуществить захват города.[19] Под командованием генерала армии Жукова с 14 сентября по 6 октября войска Ленинградского фронта совместно с Балтийским флотом осуществляли оборону Ленинграда от Группы армий «Север» фельдмаршала Вильгельма фон Лееба. 21 сентября Гитлер издал директиву о переходе к осаде Ленинграда.

После стабилизации фронта под Ленинградом и начавшейся блокады города, Жуков был отозван на центральное направление советско-германского фронта (возглавил Резервный фронт с 8 октября и Западный фронт с 10 октября), где основная группировка советских войск, несмотря на численное превосходство над врагом, в конце сентября — первой половине октября была окружена и уничтожена немецкими войсками (16-я, 19-я, 20-я армии и армейская группа Болдина Западного фронта, 24-я и 32-я армии Резервного фронта и пр.). 13 октября немцы захватили Калугу, 16 октября — Калинин, 18 октября — Малоярославец.

15 ноября вермахт возобновил наступление на Москву, подойдя к столице на 28 км. Остановить продвижение немцев удалось рядом локальных контрударов. Соотношение сил в районе Москвы сложилось следующим образом: в составе Красной армии 1,1 млн солдат и 774 танка против немецкой группы «Центр» с 1,7 млн солдат и 1170 танков.[20] Тем не менее советское командование решило провести стратегическую наступательную операцию.

17 ноября из Ставки ВГК поступил Приказ номер 0428 о создании специальных команд по разрушению и сжиганию населенных пунктов в тылу немецко-фашистских войск. Во исполнение этого приказа к 29 ноября, согласно доклада Военного совета Западного фронта под командованием Жукова и Булганина, было сожжено и разрушено 398 населенных пунктов, оставшихся на оккупированной немецкими войсками территории[21].

В ночь с 5 на 6 декабря началась Клинско-Солнечногорская наступательная операция войск правого крыла Западного фронта под командованием Жукова при поддержке левого крыла Калининского фронта под командованием Конева. Войска Западного фронта (при участии Калининского и др. фронтов) разгромили войска Группы армий «Центр» генерал-фельдмаршала фон Бока в ходе контрнаступления под Москвой (5 декабря 1941 — 7 января 1942 гг.) Потери советских войск составили 372 тыс. убитыми и раненными, или 37 % от численности войск в начале операции, что значительно ниже потерь, понесённых советскими войсками в ходе оборонительных боёв за Москву (30 сентября — 5 декабря 1941).[22] В результате успешного наступления была снята угроза Москве и Московскому промышленному району, линия фронта отодвинулась на запад на 100—250 км. Первое крупное поражение вермахта во Второй мировой войне оказало вдохновляющее моральное воздействие на народы антигитлеровской коалиции.

1942 год

В этот год Жуков осуществлял непосредственное командование советскими войсками в четырёх крупных фронтовых наступательных операциях:

    * Московское контрнаступление (до 7 января 1942 г.);
    * Ржевско-Вяземская операция (8 января — 20 апреля 1942 г.);
    * Первая Ржевско-Сычёвская операция (30 июля — 23 августа 1942 г.);
    * Вторая Ржевско-Сычёвская операция — Операция «Марс» (25 ноября — 20 декабря 1942 г.)

Весьма значительные успехи советских войск под Москвой уже в январе 1942 начали постепенно сходить на нет из-за усилившегося сопротивления немецких войск. Несмотря на отсутствие подкреплений и недостаток боеприпасов, Жуков развивал наступление на войска вермахта, несколько оправившихся после разгрома под Москвой. Потери в относительно малорезультативной Ржевско-Вяземской операции составили 776 889 человек — 73,3 % от численности войск к началу операции[23].

В ходе Ржевско-Сычевской операции летом 1942 года фронт противника снова устоял, советские войска продвинулись на 30−40 км. Эта операция не привела к оттоку немецких сил с южного направления советско-германского фронта, однако не была допущена и переброска на него дивизий Группы армий «Центр». Потери в операции составили 193 683 человека (56,1 % от первоначальной численности)[24]. Вот как оценивает это наступление немецкий генерал фон Типпельскирх:

    «В начале августа сложилась очень тяжёлая обстановка [на ржевско-сычевском направлении]: русские едва не прорвали фронт. Прорыв удалось предотвратить только тем, что три танковые и несколько пехотных дивизий, которые уже готовились к переброске на южный фронт, были задержаны и введены сначала для локализации прорыва, а затем и для контрудара. Тактический успех был на стороне немцев. Но русские, сковав такое большое количество немецких войск, принесли этим большую пользу своему главному фронту».[25]

Операция «Марс», проводившаяся синхронно с начальной фазой операции «Уран», не готовилась непосредственно Жуковым как командующим фронтом. В период её подготовки он находился как представитель Ставки ВГК на Сталинградском направлении. Однако координация усилий Западного фронта (командующий фронтом Конев) и Калининского фронта (командующий фронтом Пуркаев) в период операции была возложена именно на него. Операция была направлена на окружение и уничтожение 9-й полевой армии вермахта, однако этой цели она не достигла. Потери советских войск в ней составили 215 тыс. убитыми, ранеными и пленными, 1 315 танков и САУ за 25 дней. Таким образом, средние потери советских войск за один день боевых действий (8 666 человек и 52,6 танка) значительно превысили потери в Сталинградской наступательной операции (6 466 человек и 38,9 танков)[26]. В то же время она предотвратила переброску немецких резервов с центрального направления советско-германского фронта на южное, где они могли бы отрицательно повлиять на ход и исход Сталинградской битвы.

Кроме того, Жуков как представитель Ставки ВГК координировал удары армий Сталинградского фронта в междуречье Дона и Волги в первой половине сентября 1942 года, которые не достигли своих целей — прорыв фронта 14-го танкового корпуса 6-й армии вермахта или отвлечение немецких сил из-под Сталинграда.

Кроме оперативной деятельности командующего, Жуков, согласно версии, выдвинутой им и Василевским в мемуарах, является также соавтором (вместе с Василевским) ключевого советского военного плана 1942 года — плана стратегической операции «Уран», по разгрому немецких войск под Сталинградом. План, на котором, согласно мемуарам Жукова и Василевского, стоят их и И. В. Сталина подписи, до сих пор не опубликован, несмотря на истечение срока давности.

1943 год

В течение 1943 года Жуков координировал действия фронтов в операции «Искра» при прорыве Ленинградской блокады (1943).

18 января Жукову первым в ходе войны было присвоено звание Маршала Советского Союза.

С 17 марта Жуков находился на белгородском направлении формирующейся Курской дуги (Воронежский фронт); по докладу Жукова на это направление были переброшены из резерва Ставки 21 А, 64 А и 1 ТА. К 21 марта наступление Манштейна было остановлено. 8 апреля 1943 года Жуков направил Сталину доклад[27], в котором основываясь на данных Главного разведывательного управления сообщил, что противник попытается срезать Курский выступ, окружить и уничтожить расположенные на нём войска Центрального и Воронежского фронтов, сосредоточив для этого на флангах советской группировки 15-16 танковых дивизий (немцы сосредоточили 17 дивизий). Интересно, что в этот момент немецкое командование ещё не успело разработать план операции «Цитадель», основные положения которого предвосхитил Г. К. Жуков. Только через неделю, 15 апреля 1943 года, вышла соответствующая директива Гитлера. Также в этом докладе Жуков заявил, что:

    «Переход наших войск в наступление в ближайшие дни с целью упреждения противника считаю нецелесообразным. Лучше будет, если мы измотаем противника на нашей обороне, выбьем его танки, а затем, введя свежие резервы, переходом в общее наступление окончательно добьём основную группировку противника.»

Таким образом, сама идея встретить противника в обороне, чтобы измотав его, перейти затем в наступление, предопределившая развёртывание Курской битвы, высказана Г. К. Жуковым за три месяца до начала битвы на Курской дуге (лето 1943), где и был сорван гитлеровский план «Цитадель» и разбиты войска генерал-фельдмаршалов Клюге и Манштейна.

Маршал Рокоссовский К. К. негативно отзывался о деятельности Жукова на посту представителя Ставки на Центральном фронте: «Жуков Г. К. отказался санкционировать моё предложение о начале артиллерийской контрподготовки после получения разведданных о предстоящем немецком наступлении, предоставив решение этого вопроса мне, как командующему фронтом. Решиться на это мероприятие нужно было немедленно, так как на запрос Ставки не оставалось времени. После начала операции в 2 часа 20 минут 5 июля 1943 года Жуков позвонил в Ставку около 10 часов, доложил обстановку Сталину и попросил разрешения убыть к Соколовскому на Западный фронт, после чего уехал. Вот так выглядело пребывание Жукова Г. К. на Центральном фронте. В подготовительный к операции период у нас он не бывал ни разу.» (ВИЖ 1992 г., № 3, С. 31)

Непосредственно Жуков (с 5 июля) в ходе оборонительного и наступательного этапов Курской битвы координировал действия Западного, Брянского, Степного и Воронежского фронтов. Особенно значимыми были его действия по координации усилий Воронежского и Степного фронтов в ходе операции «Полководец Румянцев». 25 августа, по окончании сражения, он был отозван в Москву.

По прибытии в тот же день в Ставку, Жуков пробовал в осторожной форме высказать мнение о необходимости удара от Харькова к побережью Азовского моря с целью окружения и уничтожения значительной части Группы армий «Юг»[28]. Предложение не было одобрено И. В. Сталиным.

В конце августа-сентябре Жуков координировал действия Воронежского и Степного фронтов в ходе операций по преследованию противника, отходившего к Днепру. К концу сентября войска координируемых им фронтов форсировали Днепр на ряде участков, создав выгодные плацдармы для наступления.

12 октября — 23 декабря 1943 войска Воронежского фронта (переименованного 20 октября в 1-й Украинский) провели Киевскую наступательную операцию. В начале её советские войска пытались нанести главный удар с Букринского плацдарма южнее Киева, где проще всего было сконцентрировать силы. Однако противник, хотя и уступавший по силам, стянул войска с второстепенных участков и остановил наступление советских войск. 25 октября — 3 ноября 3 гв. танковая армия генерала Рыбалко и 7-й артиллерийский корпус прорыва были скрытно выведены с букринского и переброшены на Лютежский плацдарм (меньшего размера, к северу от Киева).

3 ноября был нанесён внезапный главный удар с лютежского плацдарма, и 6 ноября Киев был освобождён. Жуков в своих мемуарах называет себя в числе авторов этого смелого плана[29]. После войны Киевскую операцию «сократили» на 22 дня неудачных попыток прорыва с букринского плацдарма. Такой подход поддерживается Министерством обороны России в настоящее время[30], хотя Жуков об этих 22 днях неудачных наступательных действий не умалчивает[31]. До 23 декабря противник проводил сильнейшие контрудары (Киевская оборонительная операция), однако взять Киев вновь ему не удалось.

29 декабря началась Житомирско-Бердичевская операция 1-го Украинского фронта.

1944 год

В результате Житомирско-Бердичевской операции образовался Корсунь-Шевченковский выступ, который Жуков и Ватутин в докладе Сталину 11 января 1944 предложили срезать. В окружение, согласно информации от Манштейна, попали 42 ак 1-й танковой армии и 11 ак 8-й армии: 6 дивизий и одна бригада. По исследованию И. Мощанского «1944. От Корсуни до Белграда» 10 дивизий и одна бригада[32]:. В процессе проведения операции генерал Конев обвинил Жукова и Ватутина в бездеятельности в отношении окружённой немецкой группировки, что якобы ведёт к её прорыву из окружения, после чего внутренний фронт окружения был полностью передан Сталиным под его командование. Этот эпизод дополнительно осложнил отношения Жукова и Конева.

По версии И. Мощанского к 16 февраля окружённые войска занимали всего три населенных пункта — Шендеровку, Хильки и Комаровку. Конфигуративно окруженные построили гигантское каре: боеспособные части расположились по периметру, в центре — обозы с раненными. Было решено прорываться тремя колоннами на фронте около 4,5 км. В первом эшелоне должны были действовать: в северной колонне — 112-я пехотная дивизия, в центре — танковая дивизия СС «Викинг» и мотобригада СС «Валлония», в южной колонне — 72-я пехотная дивизия. За первым эшелоном двигались остатки других дивизий. При этом в центральной колонне под охраной уцелевших танков должны были следовать в бронетранспортерах генералы и старшие офицеры. Северная и южная колонны, не имевшие танков, по его мнению, заранее обрекались на возможную гибель: они должны были выполнить роль заслонов для центральной группы.

В ходе упорных боев 10 дивизий и 1 бригада противника (по мнению Мощанского) как соединения перестали существовать. Немцы, по этому исследователю, потеряли 55 тысяч солдат и офицеров убитыми и раненными, 18200 — пленными, а также большое количество боевой техники и вооружения (271 танк, 32 бронемашины, 110 самоходных орудий, 944 артсистемы разного калибра, 536 минометов, 1689 пулеметов)[источник не указан 330 дней].

Лишившись, по мнению Мощанского, 10 дивизий и бригады и пытаясь, по его мысли, скрыть это от населения, германское руководство разыграло, как полагает он, пропагандистский ход. Оно, как полагает этот исследователь, объявило, что не отдельные военнослужащие, а все окружённые дивизии якобы прорвались к своим войскам.[33]:. Интересно, что согласно немецким источникам около 30-35 тыс. из состава окруженной группировки (то есть основная часть) вышли из окружения.

Почти сразу после окончания Корсунь-Шевченковской операции генерал армии Ватутин был смертельно ранен (29 февраля 1944 г.) оуновцами и скончался в госпитале. Сталин приказал Жукову возглавить 1-й Украинский фронт. Войска под его командованием в марте-апреле 1944 года провели наступательную Проскуровско-Черновицкую операцию и вышли к предгорьям Карпат.

10 апреля 1944 года Маршал Г. К. Жуков был удостоен высшей военной награды — ордена «Победа» за № 1.

Летом 1944 года Жуков координировал действия 1-го и 2-го Белорусских фронтов в операции «Багратион». Хорошо обеспеченная материально-техническими средствами операция завершилась успешно. Продвижение составило не 150—200 км, как планировалось, а 400—500 км. В ходе наступления Жуков выдвинул 8 июля 1944 (независимо от Василевского, предложившего такую же идею) предложение о переброске одной танковой армии с 1-го Украинского фронта, имевшего избыток сил и средств, в группу фронтов Василевского и на 2-й Белорусский фронт, с одновременным усилением этой группировки одной общевойсковой армией из резерва Ставки и рядом других частей, для внезапного удара на пока крайне слабо обороняемую Восточную Пруссию[34]. Однако идея была отвергнута. Как позже отмечал Г. К. Жуков:

    «Думаю, что это была серьёзная ошибка Верховного, в последующем повлёкшая за собой необходимость проведения чрезвычайно сложной и кровопролитной Восточно-Прусской операции»[35]

В июле 1944 Жуков также координировал действия 1-го Украинского фронта, который наносил удары на Львовском, Рава-Русском и частью сил на Станиславском направлениях.

1945 год

На заключительном этапе войны 1-й Белорусский фронт, руководимый маршалом Жуковым, провёл совместно с 1-м Украинским под командованием Конева Висло-Одерскую операцию (12 января — 3 февраля 1945 года), в ходе которой советские войска освободили Варшаву (17 января 1945), рассекающим ударом разгромили группу армий «А» генерала фон Гарпе и фельдмаршала Ф. Шернера. Потери советских войск в этой операции составили 193 215 человек.

Из этого числа 1-й Белорусский фронт (1 028 900 человек) потерял 77 342 человек (7,5 %) [36], в то время 1-й Украинский (1 083 800 человек) потерял 115 783 человек (10,7 %)[36], то есть в 1,5 раза больше.

Несмотря на то, что фронт Жукова перешёл в наступление на два дня позже соседнего 1-го Украинского, темпы наступления 1-го Белорусского фронта настолько значительно превысили темпы наступления соседних двух фронтов, что это привело к оголению флангов на 100—150 км с севера и с юга от передовых частей фронта и вынужденному растяжению длины фронта.[16]

10 февраля — 4 апреля правое крыло 1-го Белорусского фронта принял участие в Восточно-Померанской операции, потеряв при этом 52 303 человек из 359 600 (14,5 %)[37]. 2-й Белорусский фронт под командованием Рокоссовского потерял при этом 173 389 из 560 900 (30,9 %)[37].

1-й Белорусский фронт закончил войну участием в Берлинской операции, потеряв при этом 179 490 человек из 908 500 (19,7 %)[38], в то время как 1-й Украинский фронт потерял 113 825 человек из 550 900 (20,7 %)[39].

8 мая 1945 года в 22:43 (9 мая 0:43 по московскому времени) в Карлсхорсте (Берлин) Жуков принял от гитлеровского генерал-фельдмаршала Вильгельма фон Кейтеля безоговорочную капитуляцию фашистской Германии и был назначен командующим группой советских войск в Германии.

24 июня 1945 маршал Жуков по поручению Сталина принял триумфальный Парад Победы в Москве, на котором к подножию Мавзолея были брошены 200 трофейных немецких знамен.

Период после Великой Отечественной войны

После окончания войны Жуков был назначен на пост Главнокомандующего Группой войск в Германии и находился в Берлине до марта 1946 года, затем назначен Главнокомандующим сухопутными войсками.

Почти сразу после нового назначения, Жуков был обвинён в незаконном присвоении трофеев и раздувании своих заслуг в деле разгрома Гитлера с личной формулировкой И. В. Сталина «присваивал себе разработку операций, к которым не имел никакого отношения». Летом 1946 года состоялось заседание Главного Военного Совета, на котором разбиралось дело маршала Жукова по материалам допроса Главного маршала авиации А. А. Новикова, арестованного органами госбезопасности. На заседании практически все высшие военачальники, за исключением начальника Главного управления кадров Ф. И. Голикова, высказались в поддержку Жукова, члены Политбюро обвинили Жукова в бонапартизме.[40] В июне 1946 начато расследование по так называемому «трофейному делу». Материалы расследования, свидетельства указывали на вывоз Жуковым из Германии значительного количества мебели, произведений искусства и другого трофейного имущества в своё личное пользование. Так, у Жукова было изъято 17 золотых и 3 с драгоценными камнями часов, 15 золотых кулонов, свыше 4000 метров ткани, 323 меховых шкурки, 44 ковра и гобелена (вывезенных из дворцов Германии), 55 картин, 55 ящиков посуды, 20 охотничьих ружей и т. д.[41] Жуков писал по этому поводу в объяснительной записке на имя секретаря ЦК ВКП (б) Жданова:

    «…Я признаю себя очень виноватым в том, что не сдал всё это ненужное мне барахло куда-либо на склад, надеясь на то, что оно никому не нужно.
    Я даю крепкую клятву большевика — не допускать подобных ошибок и глупостей.
    Я уверен, что я ещё нужен буду Родине, великому вождю т. Сталину и партии» [42]

9 июня 1946 года Жуков был снят должности Главкома сухопутных войск и, согласно решению Военного Совета, назначен Командующим войсками Одесского (1946—48 гг.) округа. В последующем командовал Уральским военным округом (1948—1953 гг.).

После смерти Сталина был назначен первым заместителем министра обороны СССР. Под руководством Никиты Хрущёва участвовал 26 июня 1953 года в аресте Лаврентия Берии.

В 1954 году Жуков подготовил и провёл учения с применением ядерного оружия на Тоцком полигоне. В учениях участвовали не менее 45 тысяч солдат. Как солдаты, так и жители окрестных деревень получили большие дозы радиоактивного облучения. Некоторые считают, что на солдатах испытывалось действие ядерного оружия. Факт проведения испытаний не афишировался в советский период.

С 1955 по 1957 год Жуков занимал пост Министра обороны СССР. Он сыграл одну из ключевых ролей в подавлении Венгерского восстания в 1956 году.[43] В связи с 60-летием со дня рождения 1 декабря 1956 года Жуков награждён четвёртой медалью «Золотая Звезда» за № 1 [44] с вручением 4-го ордена Ленина (№ 276136).

29 октября 1957 года Пленум ЦК КПСС, посвящённый улучшению партийно-политической работы в Советской Армии и Военно-Морском Флоте, постановил, что Г. К. Жуков «нарушал ленинские, партийные принципы руководства Вооружёнными Силами, проводил линию на свёртывание работы партийных организаций, политорганов и Военных советов, на ликвидацию руководства и контроля над армией и Военно-морским Флотом со стороны партии, её ЦК и правительства…».[45] Этим же постановлением Жуков был выведен из состава Президиума ЦК и ЦК КПСС; кроме того, указом Президиума Верховного Совета СССР он был освобожден от должности министра обороны СССР.

В марте 1958 года Жуков уволен в отставку из-за разногласий с Первым секретарём ЦК КПСС Хрущёвым. После продолжительной изоляции, в 1964 году с приходом к власти Л. И. Брежнева опала с Жукова была частично снята. В 1965 году он смог приступить к написанию труда «Воспоминания и размышления», работа над которым осложнялась вмешательством высших партийных органов в редактирование содержания.[46]

В 1967 году перенёс тяжёлый инсульт, но встал на ноги. В марте 1969 года после задержки[47] вышел в свет главный печатный труд Г. К. Жукова — «Воспоминания и размышления», изданный на 18 языках миллионными тиражами. Жуков приступил к редактированию и дописыванию 2-го издания.[источник не указан 144 дня]

Скончался 18 июня 1974 года, пережив на полгода жену Галину Александровну. Был кремирован, урна с прахом захоронена в Кремлёвской стене на Красной площади в Москве.
    
Увековечивание памяти

    * Выпущена марка СССР, 1976 г.
    * Государственные награды Российской Федерации имени полководца: орден Жукова и медаль Жукова.
    * На родине полководца его имя носит город Жуков — административный центр Жуковского района Калужской области.
    * В 1995 году учреждена ежегодная Государственная премия Российской Федерации имени Маршала Советского Союза Г. К. Жукова за выдающиеся достижения в области военной науки и создания военной техники, а также за лучшие произведения литературы и искусства, посвящённые Великой Отечественной войне (закон от 19.05.1995 № 80-ФЗ).
    * Первый в мире памятник Жукову в 1979 г. был установлен к 40-летию победы на Халхин-Голе в Улан-Баторе (Монголия) рядом с первым в мире домом-музеем Жукова (бережно сохранённом при застройке района типовыми пятиэтажками) на улице его имени (монг. Жуковын гудамж)
    * Жукову установлены бронзовые бюсты и памятники в разных городах бывшего СССР. В 1995 году был установлен памятник на Манежной площади в Москве. В том же году в Москве в сквере имени Маршала Жукова на проспекте Маршала Жукова был установлен ещё один памятник полководцу. У общего северного вестибюля станций метро «Каширских» установлен памятник-бюст Жукова.
    * В честь Георгия Жукова названы: станция «Маршала Жукова» Харьковского метро, улицы во многих городах России и СНГ (проспекты в Москве, Минске, Харькове, Волгограде, Иркутске, Санкт-Петербурге,Одессе.
    * Имя маршала присвоено Военной академии воздушно-космической обороны в Твери(Военная академия воздушно-космической обороны имени Маршала Советского Союза Г.К. Жукова).
    * В честь маршала названа малая планета 2132 Zhukov, открытая в 1975 году.
    * Песня «Маршал Жуков и Победа». Музыка: Е. Колмановский. Слова: Е. Долматовский, 1982 г.
    * В честь маршала назван танкер (танкер Маршал Жуков) Новороссийского морского пароходства.
    * В ноябре 1996 года в старом здании Генерального штаба в Москве (ул. Знаменка, д.19) был открыт мемориальный кабинет-музей Г. К. Жукова[48]


Военная статистика Жукова

Краткая статистика военного руководства по данным этой статьи.

1.июль-августа 1939 года — Командующий 1-ю армейской (фронтовой) группе на Халхин-Голе.

Итоги: Поставленная задача выполнена полностью. Разгром группировки Японской армии.

2.июнь-август 1940 года — Командующий Киевским Особым Военным округом.

Итоги: Поставленная задача выполнена полностью. Присоединение к СССР территории Бессарабии.

3.февраль—июль 1941 года — начальник Генштаба.

Итоги: Поставленная задача не выполнена. Разгром советских войск 22-го июня 1941 года.

4.июнь-июль 1941 года — представитель Ставки на Западном фронте.

Итоги: Поставленная задача не выполнена. Разгром Западного фронта.

5.июль-сентябрь 1941 года — командующий Резервным фронтом.

Итоги: Поставленная задача не выполнена. Неудача в Ельнинской операции.

6.сентябрь-октябрь 1941 года — командующий Ленинградским фронтом.

Итоги: Поставленная задача выполнена не полностью. Блокирование Ленинграда не удалось прорвать.

7. октябрь 1941 — командующий Резервным фронтом.

Итоги: Поставленная задача не выполнена. Потеря 5-ти армий, Калуги, Калинина, Малоярославца.

8. декабрь 1941 — командующий Западным фронтом.

Итоги: Поставленная задача выполнена не полностью. Разгром группы армий «Центр». Потери советских войск — 37 процентов численного состава.

9. январь-апрель 1942 года — руководство Ржевско-Вяземской наступательной операцией.

Итоги: Поставленная задача выполнена не полностью. Продвижение советских войск на 30-40 км. Потери советских войск — 73 процента.

10. июль-август 1942 года — руководство Первой Ржевско-Сычёвской операцией.

Итоги: Поставленная задача выполнена не полностью. Продвижение советских войск на 40-45 км. Потери советских войск — 60 процентов.

11. ноябрь-декабрь 1942 года — руководство Второй Ржевско-Сычёвской операцией (операция «Марс»).

Итоги: Поставленная задача выполнена не полностью. Незначительное продвижение советских войск. Данные по потерям противоречивы.

12. январь 1943 года — координация действий фронтов в деблокировании Ленинграда (операция «Искра»).

Итоги: Поставленная задача выполнена. Силами двадцать одной советской дивизии против шести немецких блокада была прорвана.

13.июль-август 1943 года — координация действия Западного, Брянского, Степного и Воронежского фронтов в ходе Белгородско-Харьковской операции (Операция «Полководец Румянцев»).

Итоги: Поставленная задача выполнена. Силами 980-ти тыс человек была разгромлена 300-т тысячная группировка противника.

14. октябрь-декабрь 1943 года — участие в Киевской наступательной операции.

Итоги: Поставленная задача выполнена.

15. январь 1944 года — участие в руководстве 1-го Украинского фронта

Итоги: Отстранение от командования по настоянию Конева

16. март-апрель 1944 года — командование 1-м Украинским фронтом (Проскуровско-Черновицкая операция)

Итоги: Поставленная задача выполнена. Одна из крупнейших операций ВОВ.

17. июнь-август 1944 года — координация действий 1-го и 2-го Белорусских фронтов (операция «Багратион»).

Итоги: Поставленная задача выполнена. Одна из крупнейших операций ВОВ. Успех операции превзошел планируемый.

18. январь-февраль 1945 года — руководство 1-м Белорусским фронтом (Висло-Одерская операция).

Итоги: Поставленная задача выполнена.

19. апрель-май 1945 года — участие в Берлинской операции.

Итоги: Поставленная задача выполнена.

Критика Жукова

Константин Залесский считает, что в своих мемуарах Жуков преувеличивает свою роль в войне[49].

Ряд авторов отмечают жёсткость руководства Жукова. В частности, генерал-майор Григоренко в своём автобиографическом романе замечает, что Жуков «людей жалеть не умел»[50]. Российский историк Андрей Мерцалов утверждает, что «жёсткий принцип достижения цели „любой ценой“, грубость, неоправданное упрямство, лживость и капризное поведение свойственны Жукову»[51].

На большие потери в военных действиях под руководством Жукова указывают: историк Борис Соколов, генерал-майор Григоренко. Григоренко пишет, что, несмотря на значительное превосходство Красной Армии в конфликте на Халхин-Голе, потери Красной армии превышали потери противника (25,5 против 20 тысяч человек соответственно[источник не указан 49 дней]). В своей книге Соколов приводит слова Григоренко о том, что Жуков «крайне жестко руководил войсками (на Халхин-Голе по его приказу без всяких оснований приговорены к расстрелу 17 старших[источник?] офицеров, которые были спасены лишь благодаря вмешательству Григория Штерна)»[52].

Ответ на критику Жукова

В ответ на критику сторонники Жукова отмечают, что мнение о том, что Жуков был «мясником», равнодушно относился к людским потерям, противоречит многочисленным приказам самого Жукова. Например, 27 января 1942 года он пишет командующему 49-й армии следующее[53][54]:

    Невыполнение задач 49-й армией, большие потери в личном составе объясняются исключительной личной виновностью командиров дивизий, до сих пор грубо нарушающих указание т. Сталина и [требование] приказа фронта о массировании артиллерии для прорыва, о тактике и технике наступления на оборону в населенных пунктах. Части 49-й армии много дней преступно ведут лобовые атаки на населенные пункты Костино, Острожное, Богданово, Потапово и, неся громадные потери, не имеют никакого успеха.

    Каждому элементарно военнограмотному человеку должно быть понятно, что вышеуказанные села представляют очень выгодную и теплую оборонительную позицию. Местность перед селами — с полным обстрелом, и, несмотря на это, на одном и том же месте продолжаются преступно проводимые атаки, а как следствие тупости и недисциплинированности горе-организаторов, люди расплачиваются тысячами жизней, не принеся Родине пользы.

    Если вы хотите, чтобы вас оставили в занимаемых должностях, я требую:

    Прекратить преступные атаки в лоб населенного пункта; Прекратить атаки в лоб на высоты с хорошим обстрелом; Наступать только по оврагам, лесам и малообстреливаемой местности; Немедленно прорваться между населёнными пунктами и, не задерживаясь на их окончательном овладении, завтра же захватить Слободу, Рассвет и вклиниться до Левшина.

    Исполнение донести мне к 24.00 27.1

7 марта 1942 г. Захаркину[53][55]:

    Напрасно Вы думаете, что успехи достигаются человеческим мясом, успехи достигаются искусством ведения боя, воюют умением, а не жизнями людей.

А в приказе от 15 марта 1942 г. пишет[53][56]:

    В армиях Западного фронта за последнее время создалось совершенно недопустимое отношение к сбережению личного состава. Командармы, командиры соединений и частей, организуя бой, посылая людей на выполнение боевых задач, недостаточно ответственно подходя к сохранению бойцов и командиров, Ставка за последнее время Западному фронту дает пополнение больше других фронтов в 2—3 раза, но это пополнение при халатном, а иногда преступном отношении командиров частей к сбережению жизни и здоровья людей недопустимо быстро теряется и части вновь остаются в небольшом некомплекте.

Сторонники Жукова также замечают, что Жукова постоянно отправляли на самые «трудные участки фронта, которые неизбежно означали большие потери, которые стремятся спроецировать на Жукова, создавая образ „мясника“»[53]. Тем не менее даже в таких условиях назначение Жукова означало снижение потерь[53]:

Гареев М. А. Полководцы Победы и их военное наследие. М.: Инсан, 2004. С. 129.:

    Так, например, говорили, что при контрнаступлении под Москвой Западный фронт понёс больше потерь, чем Калининский (ЗФ — 100 тыс. и КФ — 27 тыс.). Но при этом умалчивали, что в составе Западного фронта было более 700 тыс. войск, а Калининского — 190 тыс. Если же брать потери в процентном отношении от общей численности войск (что более правильно), то картина получается совсем иная. Безвозвратные потери Западного фронта под командованием Г. К. Жукова составляют 13,5 процента от общей численности войск, а Калининского 14,2 процента. В Ржево-Вяземской операции у Жукова — 20,9, а у Конева — 35,6 процента; в Висло-Одерской — 1-го Белорусского фронта 1,7, а 1-го Украинского [468] — 2,4 процента; в Берлинской операции, где наиболее крупная и сильная группировка противника противостояла 1-му Белорусскому фронту, потери 1-го Белорусского фронта — 4,1, а 1-го Украинского фронта — 5 процентов. Потери 2-го Украинского фронта (Р. Я. Малиновского) в Будапештской операции в 1,5—2 раза больше, чем в Берлинской операции Г. К. Жукова. И так во всех операциях.



Серии советских марок (СССР):
Советские марки и серии (СССР):
Наименование Год выпуска Рубрика
Портрет Г. К. Жукова (1896-1974). К 80-летию со дня рождения 1976 Вооруженные силы